Атаки на терминал Рас-Лаффан и блокировка Ормузского пролива привели к полной остановке производства сжиженного природного газа в Катаре. Ситуация в Персидском заливе ударила по самому уязвимому звену мировой энергетики — газовому рынку. В отличие от нефти, запасы которой у потребителей исчисляются месяцами, газ хранить в таких объемах невозможно, и любой сбой поставок мгновенно отражается на ценах.
Катар вместе с другими странами региона обеспечивает около 16% мирового производства СПГ. Дефицит в одной точке неизбежно расходится по всей планете. Азиатские импортеры, почувствовав нехватку, начинают скупать любые доступные партии. Уже сейчас грузы из Западной Африки, которые обычно шли в Европу, перенаправляются в Азию. Европейские хабы реагируют мгновенным ростом цен.
Зависимость стран Евросоюза от СПГ неравномерна и определяется наличием регазификационных терминалов. После ухода российского трубопроводного газа некоторые государства оказались в полной зависимости от морских поставок.
В зоне критического риска — Португалия и Испания. Лиссабон закрывает за счёт СПГ около 90% потребления, Мадрид — 60%. Франция с четырьмя терминалами получает более 60% импорта в сжиженном виде. Бельгия и Нидерланды, через порты которых газ идет дальше в Европу, сами полностью завязаны на работу терминалов Зебрюгге и Роттердама.
Германия экстренно построила плавучие терминалы, которые сейчас закрывают до половины её нужд. Любой сбой ставит под удар всю промышленность. Италия довела долю СПГ до 25–30%, замещая алжирский и российский газ. Греция и Хорватия используют сжиженный газ как страховку и перепродают излишки соседям. Польша балансирует поставки из Свиноуйсце собственной добычей и норвежским газом по Baltic Pipe.
Даже страны, не имеющие выхода к морю, вроде Австрии и Чехии, зависят от цен на нидерландских и немецких хабах. Если Франция или Германия недополучат свои объёмы, они начнут выкупать трубопроводный газ, оставляя Центральную Европу с пустыми трубами.
Главным спасителем Европы в этой ситуации может стать Западная Африка. Нигерия, крупнейший производитель региона, обеспечивает около 14% импорта СПГ в ЕС, но отрасль работает лишь на 60–80% мощности из-за вандализма и нехватки инвестиций. Ангола даёт стабильный, но небольшой поток. Алжир, критически важный для Италии и Испании, работает на пределе и требует вложений в новые месторождения.
Надежду возлагают на глубоководный проект Greater Tortue Ahmeyim на границе Сенегала и Мавритании. Плавучие заводы смогут давать до 10 миллионов тонн СПГ в год уже в ближайшие два-три года. Экваториальная Гвинея стабильно отгружает партии, но для загрузки мощностей ищет газ у соседей.
Мир вступает в эпоху, где газ становится не просто товаром, а оружием и заложником геополитики. Катарский кризис показал: цепочка поставок СПГ гораздо хрупче нефтяной, и цена этой хрупкости уже закладывается в европейские котировки.
Источник: @cdutek
Изображение сгенерировано нейросетью
